VIVARTE_2021.png
Сергей Прокофьев – Вадим Борисовский

Пьесы из балета «Ромео и Джульетта» для альта и фортепиано

Знаменитая веронская трагедия Шекспира волновала многих композиторов, но до Прокофьева никому не приходило в голову воплотить ее в балете. На отечественной балетной сцене до тех пор обитали, за редким исключением, лишь сказочные персонажи. Кроме того, драматургия Прокофьева была далека от увертюры-фантазии Чайковского, симфонии Берлиоза и всех 14 опер на этот сюжет.

На прослушивании в Большом театре балет Прокофьева был признан нетанцевальным, музыкальный язык – непонятным. Будущая исполнительница партии Джульетты Галина Уланова писала, что танцовщики даже побаивались этой музыки. Однако триумфальная премьера балета в Брно в 1938 году переломила ситуацию. Уже в 1940-м на сцене ленинградского Кировского театра балет Прокофьева поставил Леонид Лавровский, а спустя шесть лет спектакль был удостоен Государственной премии. Пришло понимание, что Прокофьев сумел дать большому симфоническому балету в ХХ веке новое дыхание и продолжить тем самым традиции Чайковского.

Беспокоясь о судьбе своей музыки, еще в 1936 году из партитуры «Ромео» композитор скомпоновал две оркестровые сюиты (в 1946 году появилась третья), которые быстро вошли в концертный репертуар. Годом позже Прокофьев создал на основе музыки балета цикл фортепианных пьес. Затем к ним обратился Вадим Борисовский (1900–1972) – выдающийся музыкант и педагог, основоположник советской школы игры на альте и вдохновитель новых сочинений для него. Любопытно, что Борисовский стал первым в истории выпускником Московской консерватории по специальности «альт» (ранее игра на альте была лишь дополнительной опцией для скрипачей). Благодаря ему альт утвердился на концертной эстраде как полноправный солирующий инструмент, а альтовый репертуар пополнился множеством мастерских переложений.

Sergei_Prokofiev_circa_1918_over_Chair_B
 
Сергей Прокофьев